Поиск по сайту

13 Апреля 2017

Адаптация «Жизели»

Размышления о премьере в Оперном


Автор: Елена Азанова
Мне нравится!

В Екатеринбургском театре оперы и балета состоялась очередная премьера – балет «Жизель», которому в этом году исполнилось 175 лет. Петербургские балетмейстеры-постановщики Наталья Большакова и Вадим Гуляев попытались воссоздать классическую версию спектакля и адаптировать ее к нашей сцене… и совсем не романтической действительности.

На обложке программки балета «Жизель» – обычная современная девочка в белой пачке и пуантах. Она сидит на нечистом полу, а за ее спиной – затертая стена с граффити Жизели, которая угадывается по плавным, «летящим» рукам и шопеновской пачке. Несколько темных линий на серовато-белом фоне – ускользающая красота, бесплотная классика... Иллюстрация словно подчеркивает актуальность постановки, настраивает зрителя на размышления о понятных и близких ему вещах. Нам как бы указывают на то, что даже в самом каноническом из балетов, где с предельной точностью затранскрибирован и сохранен каждый жест, каждое па, есть место для интерпретации, нового живого прочтения.

О каком актуальном сюжете идет речь? Крестьянскую девушку Жизель соблазняет граф Альберт, который притворяется простолюдином и скрывает свою помолвку с дочерью герцога. Молодые люди влюбляются друг в друга. Также очарованный девушкой лесничий Ганс пытается указать ей на обман, но она не хочет ему верить. Позже секрет Альберта все же раскрывается  – Жизель сходит с ума и умирает. Мучимый чувством вины граф приходит ночью на кладбище, чтобы возложить цветы на могилу девушки. Там его пытаются затанцевать до смерти вилисы – призраки девушек, умерших до свадьбы. Но бессмертная душа любящей Жизели не дает Альберту погибнуть.

 

Ольга Спесивцева в роли «Жизели», трагически определившей ее судьбу

Балет «Жизель» был впервые поставлен в 1841 году на сцене Парижской оперы хореографом Жаном Коралли, по либретто Теофиля Готье, на музыку Адольфа Адана. В XIX же веке хореографический рисунок был доведен до совершенства в академическом его изводе двумя другими великими французами – Жюлем Перро во Франции и Мариусом Петипа – в Петербурге. Русский зритель «Жизель» полюбил, здесь появились лучшие исполнительницы главной партии – Наталия Бессмертнова, Екатерина Максимова, Ольга Спесивцева. Каждая из них создала свою Жизель – рисунок драматического существования героини и художественное оформление спектакля, в общем-то, все, что отличает современные редакции балета друг от друга. В остальном он бережно, как реликвия, сохраняется: и сюжетная линия, и для сегодняшнего зрителя чрезмерная пантомима, и хореография, и главная ценность – волшебная атмосфера.

В Екатеринбургском театре оперы и балета получилась своя «Жизель» – обложка программки нас не обманула. Своя она, во-первых, с точки зрения оформления. Петербургский художник-постановщик Андрей Войтенко, художник по свету Нина Индриксон и художник по костюмам Татьяна Ногинова воссоздали атмосферу романтического двоемирия. В первом акте мы видим осенний день, на сцене – крестьянский дом, в котором Жизель (в основном составе партию исполняет лауреат и дипломант международных конкурсов Лариса Люшина) живет со своей мамой, и охотничью сторожку. Это мир мечты, полный красок, залитый светом, существующий по законам танца – легкого, счастливого, беззаботного течения времени.  Во втором акте мы оказываемся на кладбище ночью: голубоватый свет луны освещает кресты на могилах и танцующих печальных девушек.

 

В балете использованы простейшие, но почему-то не применяемые современными постановщиками «Жизели» технические приемы, рождающие впечатление творящейся на глазах магии – призраки девушек пролетают над землей, их фаты мгновенно срываются с голов и улетают вверх, словно растворяясь в воздухе. В XIX веке такими вещами не пренебрегали, они и правда смотрятся волшебно, когда безупречно исполнены.

В Оперном получилась своя постановка и благодаря сцене. «Жизель» сделана приглашенными постановщиками из Мариинского театра Натальей Большаковой и Вадимом Гуляевым, которые всегда вписывали балет в несколько иное по масштабу пространство. Екатеринбургский планшет сцены словно сдерживает артистов, урезает скорость и размах.

 

Исполнители заглавных партий тоже расставили в истории о вечной любви и прощении свои акценты. Жизель предстала совсем юной простой девушкой, чья глубина чувства выразилась в ее желании остаться для возлюбленного легким воспоминанием. В ее сумасшествии нет пророческого трагизма Ольги Спесивцевой или космической отстраненности, тонкого психологизма Светланы Захаровой. Она рисует образ узнаваемый, вполне земной, но в ее решении – своя, житейская мудрость.

 

Совсем из другого контекста – Альберт в исполнении Ильи Бородулина. Он – чистой воды романтический герой, словно сошедший с зарисовок балетов позапрошлого столетия. По либретто он предает, соблазняет, в спектакле Оперного юноша напрочь лишен качеств мачо. Кажется, что Альберт попадает в некрасивую историю ненароком. Он сразу искренне любит, а потом не менее искренне оплакивает свою потерю, и эта единственная происходящая с ним перемена. У такого персонажа, в отличие от Жизели Ларисы Люшиной, нет прототипа в нашей действительности. Возникающий диссонанс между героями, между транслируемой их натурами информацией несколько снижает уровень заявленной актуальности спектакля. Концентрацию же волшебства вообще вряд ли можно измерить и заранее просчитать.

Использованы фото Елены Леховой.

поделились
в соцсетях


Комментарии пользователей сайта

Комментариев пока нет, оставьте первый комментарий.

Оставьте комментарий

Добавить комментарий

Официальный сайт Управления культуры
Администрации Екатеринбурга

Новости
Диалог
Арт-терапия
Афиша
Места
Прямая линия
Управление культуры
База тегов