Поиск по сайту

22 Мая 2020

Культурная эвакуация: Свердловская музыкальная школа-десятилетка

Проект, посвященный Году памяти и славы


Текст: Дмитрий Ханчин Текст: Дмитрий Ханчин
Мне нравится!

Наш портал продолжает проект, посвященный эвакуации в Свердловск в годы Великой Отечественной войны культурных сокровищ нашей страны. Новый выпуск рубрики – рассказ о школе, рожденной во время трагических событий.

В годы войны в Свердловске была создана школа-десятилетка. Появилась она согласно Постановлению Совнаркома РСФСР от 30 апреля 1943 года № 448 «Об открытии в городе Свердловске музыкальной школы» и на основании решения Исполкома Свердловского горсовета от 2 сентября 1943 года № 721 от 1 октября 1943 года.

Рассказать историю создания школы мы хотели бы через призму воспоминаний заслуженного артиста РФ Вольфа Львовича Усминского, профессора Уральской консерватории и заведующего отделом струнных смычковых инструментов Уральского музыкального колледжа, и Миры Исаевны Олле, заведующей отделом специального фортепиано Уральского музыкального колледжа.

«Мальчик, что ты кискаешь скрипку?»

«Я родился в белорусском городе Полоцк, – рассказывает Вольф Львович. – Когда началась война, мне было 10 лет. Город бомбили уже на второй день войны. Некоторые горожане вспоминали интеллигентных немецких солдат времен Первой мировой и говорили, что не надо никуда уезжать, но мы с семьей бежали: 200 километров шли до станции Торопец в пыли по 30-градусной жаре, навстречу нам – танки, раненые бойцы. Добрались до станции, нас посадили в эшелон. Эшелоны до нас и после нас разбомбили, а мы проскочили. К середине июля уже были в Свердловске, оттуда отправились в Туринск. В сентябре мне исполнилось 11 лет. Где-то в местном доме культуры нашли скрипку, а скрипкой я занимался с детства и очень даже неплохо: в десять лет играл на сцене оперного театра в Минске. Учиться в Туринске пошел в общеобразовательную школу, на скрипке занимался сам. А однажды в город приехал торговый начальник, который заведовал столовой при консерватории и рассказал, что кормит там Столярского».

Народный артист УССР, скрипач-педагог Петр Соломонович Столярский в 1933 году в Одессе основал первую в СССР специальную музыкальную школу-десятилетку. Это учебное заведение относится к редкому типу школ, где обучение идет одновременно по музыкальным и по общеобразовательным предметам. Во время войны он со своими учениками был эвакуирован в Свердловск и с 18 сентября 1941 года работал в Свердловской консерватории.

«Столярский набирал группу особо одаренных детей – или «особо ударенных детей», как сам он шутил, – рассказывает Вольф Усминский. – Он обладал нюхом на юные таланты. На фоне его учеников я не очень хорошо играл, но в группу он меня взял. Жил Столярский в доме на Ленина, 5, там мы и собрались заниматься. Помню, он говорил мне: «Мальчик, что ты кискаешь скрипку?» Имелось в виду, что я издаю много лишних звуков. Таких перлов у него было немало. Как-то он сказал скрипачу Давиду Ойстраху: «Додик, ты меня сегодня возмутил». «Я так плохо играл?» – спросил Ойстрах, на что Столярский ответил: «Ты меня возмутил на «да».

«Пётр Соломонович источал тепло, ласку, внимание, доброжелательность ко всем, кому доводилось с ним общаться, – вспоминает Мира Исаевна Олле, которая с 1940 по 1945 годы была студенткой Свердловской государственной консерватории имени М.П. Мусоргского. – Мы, тогда еще молодые люди, новички в профессии, ловили каждое его слово. Мы никогда не забывали, каких великих скрипачей он вырастил – Давида Ойстраха, Елизавету Гилельс, Бориса и Михаила Гольдштейн, Натана Мильштейна, Михаила Фихтенгольца и многих других».

«Для новой школы все собирали с миру по нитке»

На основе группы детей с осени 1942 года начала формироваться музыкальная школа. Через год она становится школой-десятилеткой и размещается в отдельном здании. Директором новой школы назначают пианиста Иосифа Глезера, имевшего опыт руководства киевской десятилеткой. Преподавали эвакуированные музыканты: среди москвичей – Давид Ойстрах, пианистки Берта Маранц, Ольга Гнесина и Анна Артоболевская; из музыкантов Ленинграда – пианистки Надежда Голубовская, Софья Ляховицкая, Наталья Позняковская, скрипач Михаил Рейсон; много киевлян, харьковчан и одесситов – Константин Михайлов, Матвей Гозенпуд, Борис Милич, Арнольд Готсдинер.

«Школе выделили хорошее здание – бывшее реальное училище на улице Ленина, 13, с прекрасным концертным залом. В этом здании сейчас находится мужской хоровой колледж, – рассказывает Мира Исаевна. – Для новой школы все собирали с миру по нитке, кто что даст – парты, доски, скамейки, инструменты».

«Помню, волоком тащили парты через замерзший пруд, – рассказывает Вольф Усминский. – Весили они много! Несли мы их из здания Музыкального училища на Первомайской в новое здание школы. Учиться начали 23 ноября. Учеников было меньше 50, это был весь музыкальный цвет города. Не бывает много одаренных детей». 

Жизнь за пределами школы была суровая: зимой стояли морозы по 40 градусов, из теплой одежды у учеников были разве что валенки. Одиннадцатилетний Вольф Усминский жил в Свердловске один, за время учебы сменил пять разных мест:

«Несколько раз повторялась одна и та же ситуация: в квартиру, где я снимал угол, возвращался родственник хозяев, и меня выселяли. Чтобы ехать к маме в Туринск, надо было получить в милиции пропуск с красной полосой, потом идти на вокзал. Я поступал проще. Общий вагон поезда брали штурмом, я проскальзывал внутрь, забирался под полку и ехал там всю ночь, меня прикрывали ногами, когда шел контроль. Утром сходил с поезда и полтора километра бежал по морозу до дома. На обратный путь мама давала мне мешок картошки и ехала со мной вместе: приезжали следующим утром, я бежал на занятия, а она шла искать новый угол для меня». 

У учеников школы был пропуск в детскую столовую «Аврора» при Свердловской консерватории: зайдя внутрь, нужно было первым делом выпить стакан хвойного сока от цинги. В школе же выдавали одну булочку на целый день. Топилась десятилетка дровами, которые сами ученики и пилили.

«Собиралась вся музыкальная и театральная знать города»

Учебный процесс Вольф Львович вспоминает так: «Поскольку никаких пианино ни у кого дома не было, мы приходили в 6 утра в школу – заниматься. Где-то с девяти до часу шли общеобразовательные уроки, потом до вечера занимались. Директор строил процесс так, чтоб ничего не задавали на дом. Историю музыки преподавал лектор Филармонии Самуил Рубин. Мы слушали концерты и обсуждали их, и у нас были такие споры! По специальности мы сами занимались друг перед другом: я тебе поиграл, ты мне поиграл, я лучше, ты еще лучше. Профессор из УПИ преподавал занимательную физику: почему нельзя тыкать пальцы в розетку и так далее. Литератор у нас был Лев Васильевич Хвостенко, который потом в Ленинградском университете читал Шекспира на английском языке. В классе стояла печка-буржуйка, обитая железом, мы вокруг нее садились, и он нам читал Маяковского, а после мы писали сочинения. Никаких штампов не было, мы рассуждали самостоятельно, тоже спорили. И сейчас я своих студентов приглашаю спорить со мной. Если студент не спорит, он плохой».

С особой теплотой Вольф Львович вспоминает концерты, которые школьный оркестр под руководством Марка Павермана устраивал дважды в месяц по воскресеньям: «Была у нас такая традиция в школе во время войны: стелили красную дорожку, приглашали гостей. Собиралась вся музыкальная и театральная знать города. Отбор для выступлений на этих концертах был в три тура. Когда ты попадал на него, ты словно оказывался в элитном обществе».

Мире Исаевне Олле же ярче всего вспоминается личность Петра Столярского: «Пётр Соломонович приучал детей к концертному исполнительству с раннего возраста. Припоминаю один из академических концертов, которые он проводил. На сцену вышел ученик 4 или 5 класса и уже приготовился играть, но его решительно остановил Пётр Соломонович. Он сказал: «Мальчик, ты не можешь играть: ты не поздоровался, не поклонился. Иди обратно и сделай все, что нужно». Мальчик вышел снова, поклонился, Пётр Соломонович сказал: «А теперь играй».

Еще один оригинальный эпизод – как Пётр Соломонович был на спектакле в Оперном театре. Он сидел в первом ряду. Концертмейстером оркестра был его ученик Наум – в просторечии его звали «Ноня». Оркестр настраивался, и вдруг Пётр Соломонович привстал и, обратившись к концертмейстеру, сказал: «Ноня, чуточку выше». И оркестр быстро перестроился».

Петра Соломоновича не стало 29 апреля 1944 года: Столярский умер, узнав о гибели его одесской школы, разрушенной бомбежками. «Вспоминая свою одесскую школу, он говорил: «Школа имени мене», что было бесконечно справедливо, – рассказывает Мира Исаевна. – Его прекрасное создание, восстановленное после войны, процветает и в наши дни».

«Не было бы войны, я бы здесь и не оказался»

В том же 1944 году в Свердловске уже началась реэвакуация, и московские, петербургские, киевские педагоги стали разъезжаться. Разъезжались и ученики.

На смену им пришли выпускники Уральской консерватории, в их числе – Мира Олле. С 1953 года преподавать в десятилетке стал Вольф Усминский, он же возглавил школьный оркестр, спустя годы получившей имя «Лицей-камерата».

«Интересно жизнь складывается: не было бы войны, я бы здесь и не оказался, – размышляет Вольф Львович. – Когда я уже был студентом, мы садились в вагон и объезжали всю область с концертами. На каждом выступлении людей было битком, люди свисали с балконов домов культуры, чтобы послушать нас. И среди этих людей было огромное количество эвакуированных. Многим из них просто некуда было возвращаться, все было разгромлено и разграблено – вот и оставались они на Урале».

Текст подготовлен в рамках проекта «Музыкальные экскурсии по культурной эвакуации». Проект, созданный Музыкальным обществом и Музеем истории города Екатеринбурга при поддержке Фонда Президентских грантов, направлен на сохранение исторической памяти. В данный момент собирается база интервью с очевидцами эвакуации, с теми, кто участвовал или близко связан с участниками. В сборе интервью принимают участие студенты музыкальных вузов, ссузов, школ. Собранный материал ляжет в основу трех экскурсий по местам, связанным с эвакуацией, будут изданы карты-путеводители.

О Свердловской консерватории во время эвакуации вы можете прочитать здесь, весь архив наших текстов на тему эвакуации – по этой ссылке.

поделились
в соцсетях


Комментарии пользователей сайта

Наталья Владимир Дворкины / 27 Мая 2020 в 19:42

Очень приятно познакомиться с историей создания школы десятилетки при Уральской консерватории, которую закончила наша дочь Ирина Дворкина, педагог Мира Исаевна Олле, и продолжила обучение в консерватории, класс профессора Левитана.

Оставьте комментарий

Добавить комментарий

Официальный сайт Управления культуры
Администрации Екатеринбурга

Новости
Диалог
Арт-терапия
Афиша
Места
Прямая линия
Управление культуры