Поиск по сайту

09 Августа 2018

Книгопремьера: «Культура повседневности: история частной жизни от французской революции до I мировой войны»

Рецензия на книгу о том, как и чем жили люди во время великих событий XIX века


Мне нравится!

В этом году издательство «Новое литературное обозрение» продолжило серию «Культура повседневности», посвященную тому, что закладывает основу глубоких цивилизационных процессов и определяет траекторию развития общества в исторической перспективе: семья, быт, мода, еда, напитки, запахи, ритуалы досуга и развлечений, интимная жизнь. Вы думали, что герои и божества? Нет, появление вилки, отдельной детской и право на развод, а еще миллионы других мелочей, составляющих жизнь. Продолжением серии стал пятитомник «История частной жизни» – всеобъемлющее исследование частной жизни от античности до конца XX века.

В этом материале речь пойдет о четвертом томе – «От великой французской революции до Первой мировой войны», выпущенном под редакцией Мишеля Перро.

Что такое для нас история? Набор дат, социальных, экономических и политических явлений, порядок которых надо выучить. Где в этом люди? Знаем ли мы, о чем думали современники тех или иных событий, чем жили, какой перелом сознания испытывали в тот или иной момент? Почему они допустили то, что произошло?

Такая история – великая социально-экономическая история государств, а не людей – сложилась в викторианскую эпоху, в эпоху историка чересчур стыдливого для вторжения в частную жизнь. Достижение же нашего времени – признание частной жизни. Пожалуй, самая гуманистическая идея за все время существования человечества. Но не потеряем ли мы ее так же стремительно, как и обрели?

Эжен Делакруа «Свобода, ведущая народ»: в центре картины изображена женщина, известная как Марианна. В смутный период, когда разграничение частного и публичного отсутствует, символы семейной жизни приобретают политический смысл: юная девушка, а, может, молодая мать становится символом Французской республики и олицетворением национального девиза «Свобода, Равенство, Братство» – новая власть хочет вызвать любовь.

Книга подробно рассказывает о частной жизни людей во Франции и Англии, лишь немного затрагивая другие страны, но это не недостаток – анализ повседневности этих стран настолько глубок, что дорисовывает картину. Основной предмет изучения – семья: семейные ценности, устройство семьи, роль мужчины и женщины в семье и обществе, то есть анализ частного и публичного в их ролях, устройство дома – само появление права на дом, отделение его от рабочей зоны. Еще одна категория, подвергшаяся всестороннему рассмотрению, – одежда, испытывающая влияние французской революции, и сама ставшая причиной нескольких революций. Свыше десятка фактов о том, какие изменения произошли в костюме в ходе французской революции, неизменно наталкивают на мысль строить параллели с революцией 1917-го.

Джордж Хейтер «Процесс против королевы Каролины». В 1820 году Великобританию сотрясал скандал: Георг IV решил избавиться от своей жены, обвинив ее в прелюбодеянии, чтобы лишить титула и содержания. Но народ встал на защиту королевы (маленькая фигурка в белом чепце в центре картины) – она выступала в роли несчастной жертвы аристократических браков. Король проиграл бракоразводный процесс и утратил доверие англичан. Свобода нравов больше не была трендом эпохи. В моду вошли семья и брак. Во многом именно эта история сделала Викторианскую эпоху такой, какая она была… И после 1820 года до дня сегодняшнего для завоевания популярности английскому монарху следует быть хорошим семьянином. История Каролины, оскорбленной королевы Англии, повторилась в XX века в истории леди Дианы.

Нам кажется, что, какой это, в сущности, пустяк, – появление фотографии, а ведь 150 лет назад человек впервые увидел себя отдельно от себя. Спросите, а почему не зеркало? Оно было в обиходе, но не у всякого: в сельской местности только у цирюльника. От широкого распространения зеркала до самофотографирования прошло от силы тридцать лет! Частность, мелкая деталь по сравнению с открытием Америки, но повлекшая титанический сдвиг в сознании. После этого человек начал стремиться самостоятельно выбирать себе судьбу – от образования и места жительства до невесты. Интересно, как повлияет на нас увлечение селфи? Что скажут потомки через 100-150 лет о нас, проанализировав эту частность?

Клод Моне «Сирень на солнце». В стремлении иметь собственный угол сквозит нарастающее желание телесной индивидуализации. Собственная комната – это мечта, это модель мира. Важное место дом занимает в искусстве и литературе. Залитые солнцем сады Моне, приоткрытые окна Матисса, сумеречные тени на картинах Вюйара: живопись входит в частный дом и обнаруживает его тайны. К примеру, соломенный стул в комнате Ван Гога говорит об одиночестве.

А знаете, какие категории людей, оказывается, быстрее всех сбрасывают с себя прошлое и выступают за перемены? Вдумчивый анализ повседневной жизни на протяжении почти трех тысяч столетий показал, что это молодежь, женщины, интеллектуальный и артистический авангард общества – люди культуры, искусств, художники в широком понимании слова, ученые. Удивительно, но на первых полосах истории значатся совсем другие персоны…

Читая эту вдумчивую историю о частных привычках людей, в очередной раз видишь, что ничто не ново под луной – никакие пенсионные реформы, поднятие налогов, взятки, не говоря уже об интересах торговли (сейчас – корпораций). Начинает казаться, что мы отвоевываем свой кусок свободы и права на частную жизнь, а потом не справляемся с этим и отдаем, чтобы новые люди через три-четыре поколения снова пробовали примерить на себя разные формы свободы.

Чарльз Бартон Барбер «Брюнетка и блондинка». Барбер – один из лучших мастеров жанровой сцены и анималистики, портретист внуков и животных королевы Виктории. Отразил еще один из трендов времени – домашнее животное начало подниматься по социальной лестнице, как и человек: права животных стали обсуждаться так же горячо, как и права ребенка. В 1893 году впервые встает вопрос, может ли хозяин по завещанию оставить состояние собаке? В общественной жизни начинает проявляться экологическое сознание. Если делать подборку картин «Викторианская эпоха и ее собаки», то это будет список из нескольких сотен произведений.

Книга серьезная, это не сборник курьезов, а шестьсот страниц вникания в детали. После прочтения начинаешь чувствовать контекст тех или иных событий из учебника истории, начинаешь их трактовать не как написано, а исходя из того, что узнал о частной жизни, как и произведения литературы, живописи того времени. А еще понимаешь: наши жизни, похожие и разные, в какой-то хаотичный момент мгновенно становятся единым целым, когда уносятся в небытие вихрем истории. Это и есть смена поколений.

Мэри Стивенсон Кэссетт «Молодая женщина за вышиванием». Картина демонстрирует круг обязанностей идеальной жены – в представлении общества того времени. Утро хозяйка посвящает себе: пишет письма, музицирует, занимается изящным рукоделием. Приличную женщину утром не встретишь на улице, а если и встретишь, то она идет в церковь или из нее. Мэри Кэссетт рисовала женщин, занятых примеркой платьев, рукоделием, заклеиванием конверта с написанным письмом, общающихся со своими детьми. Детские образы в ее картинах – как раз самое зерно: художница сломала традиции сладких детских портретов, изображая детей очень непосредственно – в моменты капризов, насупленных, или скучающих, как на этой картине.

То, что мы имеем из своего здесь и сейчас, мы воспринимаем как данность. Эта книга обнуляет чувство само собой разумеющегося, отчего начинаешь ценить то, что дано – от запаса еды в холодильнике (и сам холодильник тоже, и электричество в розетке) до прав, записанных в Конституции. И все это и есть культура повседневности – мелочей не бывает.

поделились
в соцсетях


Комментарии пользователей сайта

Комментариев пока нет, оставьте первый комментарий.

Оставьте комментарий

Добавить комментарий

Официальный сайт Управления культуры
Администрации Екатеринбурга

Новости
Диалог
Арт-терапия
Афиша
Места
Прямая линия
Управление культуры