Поиск по сайту

09 Июня 2018

Сочувствовать там, где подташнивает

В Екатеринбургском музее ИЗО открылась выставка Роджера Баллена


Текст: Анастасия Мошкина Текст: Анастасия Мошкина
Фото: Георгий Сапожников Фото: Георгий Сапожников
Мне нравится!

Имя Роджера Баллена всплывает первым каждый раз, когда задумываешься о провокации в искусстве. Но это не агрессивная провокация, в ней нет стремления обидеть и назвать уродом всякого человека, скорее, она об обратном – о том, что во всех нас – прекрасных и ужасных – есть человеческое.

В рамках проекта «Фотолето» в Екатеринбургском музее изобразительных искусств открылась выставка «Роджер Баллен. Реальное и нереальное». На ней представлены три серии работ «Boarding House» (2009), «Asylum of the Birds» (2014), «The Theatre of Apparitions» (2016). Под конец выставки – в десятых числах июля – приедет и сам автор, чтобы провести лекцию и мастер-класс, а также поискать вдохновения в уральских индустриальных пейзажах.

 

Голова лошади, подключенная к электричеству; свинья, висящая на веревке, привязанной к человеческой ноге; пупсик на умершей птичке – это то, что мы видим первым на фотографиях Роджера Баллена, и первая реакция – страх и/или отвращение. С этими эмоциями в нас – зрителях – и работает фотограф, но ошибкой было бы думать, что на этом его миссия и заканчивается. Скорее всего, пробуждение безусловной реакции человеческой психики – страха и отвращения – это только лишь крючочек, возможность зацепиться за наше сознание и вывернуть его наизнанку. И есть все основания думать, что мы правы в своих предположениях, потому что в своей биографии Баллен пишет, что он получил три образования – геологическое, экономическое и психологическое. А в различных интервью он рассказывает, что богатый жизненный опыт позволил ему выстроить такую картину мира, какой она предстает на его изображениях. «Я доктор геологических наук, и я работал геологом тридцать лет. Моя работа заключалась в поиске минералов: золота и платины, – объясняет фотограф формирующую его мировоззрение деятельность, а значит, и творческий метод. – Если бы у меня не было этой профессии, я бы никогда не смог снять того, что снял». Миссия фотографа для Баллена – это нечто объединяющее геологию и психологию: видеть прекрасное, заложенное в глубине уродливого; видеть человеческое в зверином; сочувствовать там, где подташнивает. В его работах больше психологии и социального, чем в любом документальном социальном репортаже. В фотографии он становится геологом человеческой души.

 

И этот социально-психологический пласт возникает несмотря на то, что в своих последних сериях фотографий Баллен все реже или совсем не снимает людей: вместо них – манекены, маски и фотографии людей; переключился на животных – живых, чучел, игрушек; строит свой фотографический мир при помощи уже созданных рисунков или даже перефотографирует фотографии. Вот, к примеру, работа «Без названия» 2014 года, на которой изображены фигуры бумажной таксы и женщины в окружении масок. При ближайшем рассмотрении женщина оказывается частично нарисованной (голова), частично – манекеном (руки), частично – человеком (возможно ноги). Такая дискретность наталкивает на размышление, что осталось в нас от нас, и почему маски вокруг более выразительны, почему они довлеют в этом сюжете, как распознать влияние внешнего на нас самих, влияние настолько сильное, что вытесняет из нас человеческое и мы становимся манекенами.

 

В этот раз у Баллена много сюжетов, где живым героям найдены замены. В работе «Зеркальные» (2012) мы видим фотографию малыша, которую явно уже выбросили, на ее фоне снят пупсик, лежащий на птице, – здесь схвачена параллельность живого – мертвого, нужного – забытого, нет прямого нарратива, но мы чувствуем, что сюжет о потере и смерти. Фотография «Забальзамированные» (2011) обходится совсем без живого: на ней рисунок мамы и малыша, ширпотребные статуэтки животных, чучело и рисунок птиц, фигурка ангела с претензией на искусство – все они аккуратно выставлены на полочки. Определяя для себя жанр фотографии, понимаешь, что это такое обновленный и возвращенный к исконному смыслу натюрморт – мертвая природа. Но мертвый он не потому, что нет живого на фотографии, а потому, что фотограф снимает забальзамированные воспоминания о том, чего давно нет, а возможно, что и больше – воспоминания того, кого уже нет.

 

Серия фотографий «The Theatre of Apparitions» – это апогей использования симулякров: на абстрактные, но важные темы художник говорит не менее абстрактно. Эти работы уже даже не фотографии, а практически живопись светом: Баллен экспериментировал с использованием различных красок для распыления на стекле, а затем «рисовал» или удалял краску острым предметом так, чтобы она пропускала естественный свет. На эти эксперименты его вдохновили рисунки на окнах в женской тюрьме, где заключенные выцарапывали разные сюжеты. Фигурки Баллена похожи на наскальную живопись, но если в эпоху палеолита человек размышлял о бытовом, то Баллен размышляет о душе – ее глубинах и складках, ангелах, противостоянии, что такое иметь и овладевать и так далее.

 

Но вся эта картина будет неполной, если не знать, что Роджер Баллен – человек с прекрасным чувством юмора, что нельзя относиться серьезно даже к самому ужасному ужасу. В анимации, которая демонстрируется в одном из залов выставки, фотограф (или уже правдивее будет называть его художник) задает правильную реакцию – через долю секунды после очень серьезного выражения лица он смеется.

поделились
в соцсетях


Комментарии пользователей сайта

Комментариев пока нет, оставьте первый комментарий.

Оставьте комментарий

Добавить комментарий

Официальный сайт Управления культуры
Администрации Екатеринбурга