Поиск по сайту

06 Апреля 2019

Читаем гравюру как летопись

В Музее ИЗО открылась выставка европейских офортов XVIII века


Текст: Анастасия Мошкина Текст: Анастасия Мошкина
Фото: Татьяна Доукша Фото: Татьяна Доукша
Мне нравится!

До 26 мая в Екатеринбургском музее изобразительных искусств будет работать выставка «Гравюра свободных городов. Европейский офорт XVIII века из собрания Екатеринбургского музея изобразительных искусств». На ней представлены 48 листов, выполненных несколькими поколениями аугсбургских и венецианских граверов и издателей XVIII века, а затем собранных екатеринбуржцами XIX века.

Музей любит выставки из собственного фонда – это видно по тому, как они сделаны, по обоснованности каждого экспоната, по объединяющей сверхидее и даже по тому, как подготовлен научный каталог. И в этом контексте будет не лишним упомянуть, что куратор выставки – Ольга Пермякова, заведующая сектором зарубежного искусства ЕМИИ.

Гравюра – вещь хрупкая и требовательная к свету и климату, поэтому экспонируется крайне редко и ненадолго: у нас есть чуть меньше двух месяцев, чтобы посмотреть то, что не выставлялось лет сто. Вообще, музей показывает нам свою коллекцию графики частями: в среднем, раз в полтора года мы видим то «Быт и нравы старой Европы», то «Морские путешествия», то «Итальянские каникулы» и т.д.

Основной пласт гравюр – около 200 листов – в 1936 году составил фонд только созданной тогда Свердловской картинной галереи. Все они были когда-то «поступлением от частных лиц» в коллекцию Музея Уральского общества любителей естествознания. Это значит, что екатеринбуржцы собирали гравюру в XIX веке, коллекционировали демократичный, а самое главное, мобильный вид изобразительного искусства – в сравнении с картинами гравюры меньше весят и везти их значительно легче. А теперь давайте представим, как именно 150 лет назад до российского провинциального городка на границе Европы могли добраться гравюры с картины Тициана, к примеру.

Хотя проследить маршрут некоторых гравюр из коллекции ЕМИИ достаточно сложно, общая схема такова: коллекционер – екатеринбуржец, обязательно член УОЛЕ, возможно, увлеченный библиофил, хотя бы один раз съездивший в путешествие по Европе; он передает частную коллекцию в фонд Музея УОЛЕ (художественное отделение было открыто в 1901 году силами самих членов общества любителей естествознания и на основе их коллекций, переданных в дар городу); дополнительно пополняют фонд музея в 1920-е годы частные лица – в надежде хоть так сохранить свою коллекцию, сделав ее достоянием молодой страны; затем уже из этого формируется фонд нового музея – картинной галереи. Проследить этот путь можно по частично проступающим экслибрисам, инвентаризационным номерам на обороте, а где-то и автографам хозяев, сделанным по краю лица гравюры.

Но не только история XX века отражена в этих листах. Гравюры – изначально тот вид изобразительного искусства, который находится в максимальной связке с тем временем, в котором она создана. Дело в том, что над каждым листом работает целая команда: издатель, художник, гравер. Все они оставляют о себе сведения на листе, так же, как и сведения, когда был тираж, какой по счету это экземпляр и сколько их вообще, где он сделан. Все это можно увидеть, внимательно разглядывая каждую работу: информация зашифрована в сокращениях, римских цифрах и латинице на каждом листе.

На выставке представлены гравюры двух европейских школ – аугсбургской и венецианской. В этом идея выставки – изобразительное искусство, рожденное в свободных городах. Аугсбург был свободным городом, Венеция на тот момент не выходила ни в одну империю и была республикой. Оба они располагались на пересечении значимых торговых путей, и хоть рассвет пережили раньше, но к XVIII веку сумели сохранить роль важных художественных центров – со своими издательствами. Именно эта суть – политическая и социальная, а не принадлежность к художественной школе – вынесена в название выставки.

В экспозиции представлены десять листов на разные темы и сюжеты аугсбургской гравюры. На них мы видим национальные костюмы, архитектурные фантазии – формы и городские пейзажи, немного религиозной темы. Особенность Аугсбурга еще и в том, что из этой местности распространился по Европе стиль рококо – благодаря гравюре, которая имела в то время частично прикладной характер. Так, к примеру, листы с рокайльными фантазиями Франца Хаберманна содержат образцы орнамента в стиле рококо, которые использовали ювелиры, скульпторы, декораторы, архитекторы, мебельщики того времени. У гравюр всегда был тираж, пусть небольшой, но он способствовал тому, что фантазии как образцы распространялись по европейским городам.

О прикладном когда-то характере офорта говорит и лист «Театральная декорация. Три арки» Иоганна Пфеффеля.

А вот две работы гравера и издателя Иоганна Нильсона «Война» и «Голод» – это религиозная книжная графика. На офортах изображены всадники Апокалипсиса из «Откровений Иоанна Богослова». Художником выступил Иоганн Ридингер. Это очень тонкие работы, в которых легко проследить, как плоские и монотонные параллельные линии рождают вдруг пластику объемной поверхности.

 

Венецианская гравюра на выставке знакомит нас с тремя крупными издательствами свободного города. Основная тема – религиозная, темы из Священного Писания, но это не все, чем исчерпывается школа, просто таковы были интересы екатеринбургского коллекционера – нам остается только догадываться о его роде деятельности, но, скорее всего, это был уже человек почтенного возраста.

Среди офортов издателей Пьетро Скаталья и Инноченте Алессандри мы найдем листы, сделанные по живописному оригиналу Вечеллио Тициана: «Кающаяся Магдалина» и «Саломея».

Заставляет задуматься о времени и остановиться у гравюры сюжет «Нахождение Моисея» издателя Йозефа Вагнера. Гравюра сделана с живописного оригинала Якопо Амигони, работающего с Вагнером, то есть его современника. Ветхозаветная сцена нахождения Моисея вдруг оказывается стилистически окрашена под век XVIII: дамы в костюмах 1700-х годов, зонтик, кокетливые позы девушек и завитки в прическе. О смысле зрителю надо самостоятельно поразмышлять…

 

Внимательное вглядывание и попытка расшифровки деталей – основные инструменты гостя выставки. Только тогда можно увидеть значительно больше и заглянуть дальше, чем на первый взгляд предлагает каждая гравюра. Особенность выставки в том, что зритель, как главная героиня из «Алисы в Стране чудес», медленно и продолжительно падает в «нору времени» – из современности в XX век, затем в XIX, в XVIII, а то и далее – к временам, когда были созданы живописные оригиналы или даже случились затрагиваемые сюжеты. Осознание связи времен и идей через столетия (XVIII – создавали, XIX – собирали, XX – сохраняли как могли, XXI – актуализируем) наваливается внезапно, как приходит инсайт от неосознанных умом, но неторопливо прочувствованных сердцем вещей.

поделились
в соцсетях


Комментарии пользователей сайта

Комментариев пока нет, оставьте первый комментарий.

Оставьте комментарий

Добавить комментарий

Официальный сайт Управления культуры
Администрации Екатеринбурга

Новости
Диалог
Арт-терапия
Афиша
Места
Прямая линия
Управление культуры
База тегов