Поиск по сайту

06 Мая 2017

Николай Павлович Паньшин: «За годы войны я вырос на 10 сантиметров»


Мне нравится!

Николай Павлович Паньшин воевал с 1943 до мая 1950 годов. День Победы встретил в Праге, затем был переброшен в Японию, служил на Дальнем Востоке. За проявленное мужество награжден орденом Славы III степени и орденом Отечественной войны II степени, юбилейными медалями. Кроме того, ему вручены двадцать три благодарности от верховного главнокомандующего.

 Николай Павлович, вы попали на фронт 17-летним мальчишкой. Расскажите о том, как вы из деревенского парня выросли в солдата?

 Да, 19 декабря 1942 года мне исполнилось 17 лет, а 3 января 1943 года меня призвали в армию. Вместе с четырьмя ребятами из Алапаевского района меня увезли в Свердловск, где сформировали группу из 30 человек и отправили нас в Москву, во вторую гвардейскую учебно-минометную бригаду. Там нас обучали работе с реактивными минометами ЗМ8, М13, М30.

После обучения нам присвоили звание младших сержантов, выдали оружие, гранаты и направили во вновь формируемые семь дивизионов системы М13 («Катюша») в окрестности Подмосковного города Люберцы. 

Я был назначен наводчиком и инструктором 1-го расчета 2-й батареи 127-го отдельного гвардейского минометного дивизиона. Наши солдаты купили на свои сбережения «Катюшу». На ее бортах так и было написано: «Установка приобретена на личные сбережения расчета».

У нас в расчете было много москвичей, а они  люди гордые, сначала надо мной смеялись, дескать, я по-деревенски говорю. Им всем было больше 20 лет. Я рядом с ними заморышем казался, но быстро заслужил авторитет, поскольку изучил «Катюшу» досконально, стал отличником по своей линии. На каждой установке имелся ящик с тротилом. На случай если мы попадем в окружение. В такой ситуации машину необходимо было уничтожить.

Поздней осенью 1943 года с Ленинградского вокзала наш дивизион направили на 2-й Украинский фронт и передали Сталинградско-Киевскому танковому корпусу 6-й танковой армии в районе городов Бахмач и Конотоп.

Наш танковый корпус состоял из мотострелковой бригады, а также противогаубичного, артиллерийского противотанкового и зенитного полков. Достаточно крупное соединение.

Командование не знало, как нас вводить в бой, берегло. После боевых действий на территории Молдавии и у нас, и у немцев были большие потери: 2–3 месяца восстанавливались. Затем началась Кишиневская операция, в которой погиб наш командир расчета, на его место назначили меня. Я казался себе школьником рядом с солдатами: ростом был мал. Это за годы войны я вырос на 10 сантиметров.

 Вы всю войну на «Катюше» прошли. Насколько мощное это орудие и были ли у него недостатки?

 Всю войну. Как мы воевали? Допустим, там где-то укрепленный район. Радисты сообщают координаты, мы даем залп. На одной «Катюше»  шестнадцать 132-миллиметровых снарядов. А если четыре машины ударят? Это очень большая мощь!

Но у нашего орудия было несколько недостатков. Во-первых, оно сильно демаскирует. А немцы  вояки сильные, они умеют защищаться, умеют хорошо приспосабливаться. Поэтому наша задача  как можно быстрее отстреляться и с места наведения как можно быстрее удрать, иначе накроют. Во-вторых, точность наводки у «Катюши» страдает, поэтому пехотинцы обижались, что мы бьем по противнику, а попадаем по своим.

 После Ясско-Кишиневской операции вы воевали на территории Румынии?

 Да, началась серия наступательных боев в Румынии. Румынский король внезапно арестовал свое правительство и объявил войну Германии. Румыны перешли на нашу сторону, а они вояки не очень: чуть что, так сразу бегут.

Пройдя всю Румынию с боями, мы зашли на болгарскую территорию. Болгарское правительство тоже капитулировало и объявило войну Германии. Тогда мы вернулись немного назад и отправились в Трансильванию. Там горы сплошные: тяжело было передвигаться. Вышли к Дунаю, севернее Будапешта. Венгры сдаваться не захотели и встретили нас очень жестко. Тогда командование нас развернуло, обратно повело, до Чехословакии. Там, в районе озера Балатон, мы форсировали Дунай. Начались тяжелые бои за освобождение Венгрии, за города Дебрецен, Кесег, Вац.

 Бои за Будапешт были очень ожесточенными…

 Это правда. Немцы не хотели сдавать Будапешт. Мы соединились с войсками 3-го Украинского фронта, тем самым окружив город. По нам из Будапешта бьют и с другой стороны бьют, а мы в кольце остались. Враги бросили на разрыв кольца все свои силы: 11 танковых дивизий, авиацию, артиллерию.

Семь дней шел бой  погибло 250 тысяч русских солдат. Бились так, что все вокруг было разгромлено. Помню, привозили нам в термосах еду раз в сутки, а нам трудно было ее ложкой доставать. Спали стоя  устали вдребезги.

Кругом танки горели, у нас уже снарядов не было. И вот из немецкого танка в нашу «Катюшу» противотанковый снаряд ударил. Болванка попала в левую дверь кабины, прошила коробку передач и правую сторону кабины, но артиллерийская установка осталась невредимой. Большой урон понес и мой расчет: погибло четыре человека. Я остался живым. Чудом остался цел наш шофер Бахарев.

Понесший тяжелые потери после взятия Будапешта наш танковый корпус был отведен в окрестности Пешта. Меня отправили во фронтовой госпиталь.

 Тяжелым ранение оказалось? Долго Вы там пробыли?

 Я был тяжело контужен: ранен мелкими осколками в голову и шею. Частично потерял слух  потом всю жизнь с усилителем звука ходил. В госпитале пробыл недели две. Оттуда отправился в свою часть. В длинном черном халате приехал, докладываю командиру, мол, прибыл в распоряжение. Он спрашивает: «А ты не монах?». «Нет, не монах»,  отвечаю. «А документы есть?»  «Никаких документов у меня нет». 

Тогда начальство приказало старшине меня переодеть, солдатскую книжку мне сделать. Погоны мне пришили сержантские и назначили командиром расчета. Говорят, дадим тебе парней хороших, но, если ты не научишь их стрелять, мы с тебя шкуру сдерем. А ребята пришли не обстрелянные, первый раз машину вживую видят…

Вот с такими бойцами мы в составе нашего танкового корпуса перешли по понтонному мосту на правый берег Дуная и были переданы 3-му Украинскому фронту. И снова  наступательные бои за города Веспрен, Винернойштадт и Вену.

 Где Вы встретили День Победы?

 7, 8 и 9 мая мы освобождали Прагу. 9 мая в шапках, телогрейках вошли в город. До этого мы почти трое суток ничего не ели. Грязные, немытые шли день и ночь. На главную площадь выходим, а там пройти невозможно: стар и млад, все к тебе идут. Они нас так встречали: родители так своих детей не встречают! Обнимали, целовали. Я им кричу: «Я же грязный!», а они: «Хорошо, ты  грязный, и я  грязный». Простояли в Праге день. Приехала солдатская кухня. Мы вместе с местными жителями ели. Им угощать-то нас нечем было, они, как и мы, голодали.

Стало темнеть, и вдруг из домов стрельба началась. Кто стреляет? Откуда? Выехали за город, думаем, хоть здесь поспим. Часу не проспали, немцы идут. Оказывается, они группами пытались пройти на запад и сдаться американцам. Набрели на нас, сонных. Тут началась такая заваруха! Кто куда стреляет! Из наших никого не ранили, а немцы разбежались кто куда.

 Какие еще моменты из отношений с союзниками Вам запомнились?

 Нас отправили по шоссе Прага  Мюнхен. Танки  впереди, а мы  сзади. Вдруг — американцы навстречу. Они тоже на Прагу шли. Мы ее освободили, а они только явились на следующий день, через сутки. Они все в касках, во френчах. У них офицеры и солдаты одеты в одинаковую форму, чтобы противник не выбил начальников. 

Смотрю, едет машина. Я бегу к ней, у меня от радости глаза на лоб лезли. Там командир какой-то сидел. Я подбежал, протягиваю ему руку поздороваться. Он сидит, я стою, и он мою руку не берет. Высморкался, так долго, не торопясь. Моя рука перед ним протянута, а он нос свой чистит. Потом перекладывает носовой платок из правой руки в левую и, наконец, подает мне руку. Поздоровались мы с ним, я руку опустил. А он ту руку, которую мне протянул, вытер носовым платком и бросил его на землю. Я ошалел. Так рассвирепел, что больше ни с одним американцем не здоровался.

 На этом Ваша война закончилась? 

 Через месяц нам дали команду возвращаться в Прагу. В Прагу, так в Прагу. Там нас погрузили в эшелон и повезли в Польшу, в город Люблин. Там я побывал в лагере смерти Майданы. Крематорий, женские волосы тюками лежат, обуви ношенной горы. При нас печи, конечно, уже холодные стояли. Посмотрели… Ой, не дай бог, кому такое увидеть и там побывать!

Потом отправились в путь. Думали, домой поехали. Радости выше головы! А оказалось, нас на новую войну отправили  с Японией.

 Расскажите, пожалуйста, какой-нибудь особенно запомнившийся вам фрагмент из русско-японской войны.

 Сначала мы в Монголию приехали, любая деревня наша была больше города в этой стране. Дорог нет. Кругом степь, жара страшная. Шли через пустыню Гоби, перебирались через хребет Большой Хинган.

Я вспоминаю историю, которая произошла в японском городе Хим-Чунь. Приехали мы, а на улицах окопы шириной метра полтора вырыты, чтобы не проехать. Вдруг нам навстречу лейтенант, говорит, что ему сдались то ли офицеры, то ли прапорщики. Он рядом с училищем, в котором они были, оставил часовых. Офицеры взбунтовались и перебили наших, а лейтенант удрал, якобы нам навстречу. 

Что делать? Мы из «Катюши» ничего не сделаем: у нас не та траектория. Нужны минометы. Я и еще человек 20 помчались к этому училищу. А перед ним  глинобитная стена. Мы возле нее бежим, а японцы из окон стреляют. Вдруг откуда ни возьмись из города идет наш Т-34. Он с ходу как влепит в это училище один снаряд, потом второй. Смотрим, японцы простыни вывесили  сдаются. А с нашим лейтенантом разбирались, почему он сбежал, пока все его солдаты сражались.

Потом мы освобождали военнопленных американцев из японского лагеря. Охрана при виде нас с вышек слезла и оружие сложила. Ворота распахнули, а американцы в шортах, в рубашках с галстуками  это у них пленные так одеты. Они нас схватили, давай качать на руках, потом понесли в лагерь.

Нас отвели в барак, в котором пленные жили. Низенький такой, справа и слева койки двухъярусные стоят. И так они все заправлены аккуратно, а посередине стол длинный-длинный стоит.

Откуда ни возьмись, на столе появились бутылки с крепким вином, я не знаю, что это было, коньяк или ром, но не водка. Американцы разлили его по стаканам и кричали: «Viva, Сталин!». Пировали  шуму не оберешься.

А на утро нас отправили на помощь Порт-Артуру. Там высадился наш многочисленный десант, он несет большие потери, а японцы не сдаются. Мы больше суток ехали. С одной стороны Порт-Артур, с другой Порт Дальний. Когда мы подошли, наши танки раз десять пальнули в сторону японцев  и все, те руки к верху. Мы ни разу не стрельнули. После этого для меня война кончилась.

 Какая награда имеет для Вас особую ценность?

 Орден славы. Мы наступали в Венгрии. Утром рано мы захватили ряд деревень, а немцы перерезали нам путь. Комбат вечером подходит ко мне и говорит: «Ты  самый маленький и шустрый. Твоя задача  карты нам из штаба доставить. Для этого надо пройти участок, контролируемый немцами, выйти на передовую и добраться до деревни».

Полз по болотам, весь в грязи. Смотрю  речка, а под мостом человек 5-6 наших убитых солдат. Как перебраться через речку? Какая у нее глубина? Вдруг вижу, за мной ползут два солдата, а за ними  молодой лейтенант.

Немцы бомбят местность. Парни выждали, когда снаряды взорвались, и пока у немцев орудие перезаряжалось, по мосту десятиметровому побежали, а я  за ними. В целости на тот берег реки перескочили.

Пошел дальше, встретил нашу пехоту, а там меня подвезли до штаба. Меня уже ждали. Передали мне планшет с картами, и я его той же дорогой к себе в часть отнес. Дело сделал.

 Как в мирное время Вам жилось?

 В сентябре 1950 года устроился на завод имени М.И. Калинина, заочно окончил школу, радиофакультет Уральского политехнического института. В течение 25 лет я возглавлял бюро технического контроля кузнечно-прессового цеха №24.

С будущей женой я познакомился по записке, которую она вложила в посылку, отправленную на фронт. В 1950 году мы встретились, поженились, прожили вместе 59 лет. Вот и вся моя биография.

поделились
в соцсетях


Комментарии пользователей сайта

Комментариев пока нет, оставьте первый комментарий.

Оставьте комментарий

Добавить комментарий

Официальный сайт Управления культуры
Администрации Екатеринбурга

Новости
Диалог
Арт-терапия
Афиша
Места
Прямая линия
Управление культуры
База тегов