Поиск по сайту

07 Мая 2017

Владимир Данилович Кот: «И на фронте оставался спортсменом!»


Мне нравится!

О форсировании Днепра, секретах разведки, пиве и девушках два года назад нам рассказывал замечательный человек, разведчик, ветеран Великой Отечественной войны, председатель Совета ветеранов войны, труда и спорта Владимир Данилович Кот. К сожалению, ветеран и выдающийся спортивный деятель региона скончался в ноябре 2016 года, на 93-м году жизни.

 22 июня 1941 года. Страшная дата  начало войны. Расскажите, где вас застало это горькое известие? Как вы и ваши близкие узнали обо всем?

 Как узнал? Это очень просто  я же спортсмен. Мы пришли на футбольную встречу, на стадион «Локомотив», это там, где метро сейчас. Там мы должны были играть клубом с командой «Авангард», от Уралмаша. Когда выходили на поле, один товарищ включил рупор (тогда еще не было приемников). Как раз шло выступление Молотова, в котором он говорил о том, что объявлена война Советскому Союзу со стороны Германии. Так, собственно, я и узнал. Тем не менее, игру мы сыграли, закончили в ничью.

 Сколько вам лет было на тот момент?

 Восемнадцати еще точно не было, семнадцатый год шел.

 То есть, получается, еще не призывной возраст?

 Да.

 И что Вы делали, пока вас не призвали в армию?

 Я тогда еще учился в школе №16, которая находилась на улице Якова Михайловича Свердлова. Когда мы пришли в школу осенью, в сентябре, нас распределили по группам и отправили в разные школы города. Поскольку я и еще один мой товарищ жили в Октябрьском районе, нас отправили в школу номер №7, что на Тургенева. Сейчас там Уральский государственный университет.

В этой школе я проучился месяца полтора-два, а потом мы узнали, что идет набор в ремесленное училище №1 Уралмашзавода, и мы с товарищем поехали в него записываться. Нас приняли, определили специальность, группу, и примерно до февраля месяца я учился в этом училище. По окончании меня направили в 47 цех Уралмашзавода на должность слесаря-лекальщика в инструментальный цех.

 И как дальше развивалась Ваша карьера?

 Сначала я был подручным у известного слесаря-лекальщика «Уралмаша» Николая Михайловича Чугунова, он тогда уже был награжден орденом Ленина, я у него месяц или больше стажировался. Помню, что мне там очень понравился фрезерный станок, который стоял напротив. Я сказал Анатолию Михайловичу, что мне не по моему спортсменскому нутру вычислять притирочки и считать микроны. Попросил, чтобы меня пустили за этот станок. Он сказал, чтобы я попросился у начальника участка товарища Панкратова.

Я подошел к Панкратову и показал на тот станок, возле которого работал тоже известный токарь-фрезеровщик «Уралмаша» товарищ Щетинкин, и сказал, что тоже хочу на нем поработать. И Щетинкин согласился меня взять на недельку постажироваться. Через недельку я уже стал самостоятельно работать за фрезерным станком. Так как цех этот был экспериментальный, мне приходилось делать различные шаблоны и формы для производства необходимых деталей для разных машин, вроде танков.

— Так вы и работали на Уралмашзаводе все время до призыва?

 Нет, в 1942 году нас решили перевести на 50-й завод, что на Плотинке. Там было два пустующих станка, и я решил на них поработать. Когда я пришел с товарищами, то станки уже были заняты, и нам сначала давали разные подсобные работы, вроде сбора стружки.

 Этим Вы и занимались, пока Вам не исполнилось 18 лет?

 Да, время шло, подходил декабрь 1942 года, и мы с другом пошли в военкомат Октябрьского района. В это время была разнарядка в Тюменское пехотное училище. На следующий день нас отправили туда учиться. Там мы пробыли до начала июля и уехали оттуда офицерами.

 Куда Вас оттуда направили?

 Так как рядом была Курская дуга, то всех студентов военных училищ Тюменской области отправили туда. Тогда я и попал в 243-ю Никопольско-Хинганскую Краснознаменную ордена Ленина стрелковую дивизию, в которой состояла 144 раздельная разведрота, секретарем комсомола которой меня избрали.

 В каких операциях Вы участвовали?

 Мы освобождали города в Донбассе, в частности, Славинск, Краматорск, Красноармейск. Вот так мы оттеснили или скорее отправили немцев покупаться в Днепре.

Мы освободили город Никополь, а перед этим проходило форсирование Днепра. Затем наша разведрота получила задание разгромить немецкую часть, которая располагалась в селе Покровском, что и было и сделано.

 Наверное, Вы тогда и получили свои первые награды?

 Меня наградили орденом Красной Звезды после освобождения Одессы. Затем мы совершили Кишиневскую рокировку. Наша 144 рота первой вошла в Бухарест, после чего Второй Украинский фронт вел бои в Венгрии, в частности, в Сигетваре и Будапеште.

Когда мы освободили Будапешт, наш фронт перешел границу Чехословакии, где нам пришлось участвовать в освобождении крупного города Брно. Затем было освобождение Праги. Но мы не 9-го в Прагу входили, как первые танки Украинского фронта, а 12-го, потому что мы принимали пленных немцев из группировки фельдмаршала Шернера, которые шли сдаваться.

 А что же Вы делали 9 мая?

 А вот 9 мая наша группа, которая состояла из 20 человек, чуть вся не погибла. Нас посадили на немецкие транспортеры, дали нам две 45-миллиметровые пушки и приказали захватить в плен фельдмаршала Фердинанда Шернера. Мы удивились, как так? Пленить самого фельдмаршала Шернера, у которого армия в один биллион!

Мы подумали с ребятами и решили, что с немцами поступим так же, как и в Венгрии: напоим их танкистов и пьяных уже возьмем в плен. Собрались снова проделать этот трюк, но неожиданно встретились с двумя немецкими танками  «тиграми». Они были далековато от нас, а местность состояла из возвышенностей, из-за которых они, собственно, и появились.

Пока экипаж двух вражеских танков думал, почему с востока идут немецкие транспортеры, и решал, что делать с нами, командир нашей группы дал команду немедленно оставить транспортеры и легковые машины. А там ров рядом с дорогой шел большой танковый. Мы в него спрыгнули и сразу, как мы там очутились, раздались выстрелы по нашим транспортерам. Выстрелами подожгли, а с ними уничтожили и наши орудия. Вот мы и начали думать и гадать, что делать, а танки повернулись и ушли за высотку.

Мы сообщили в разведотдел по рации об инциденте и спросили, что нам делать дальше. Перед нами поставили задачу пленить фельдмаршала Шернера пешим строем. Приказ есть приказ, мы пошли в наступление, не догнали его, потому что он ушел из Праги раньше, чем мы в Прагу вошли.

 Получается, Ваш личный День Победы был 12 мая?

 Нет, мы День Победы праздновали 17 мая, потому что наши подразделения еще воевали. 12 мая, когда мы вошли в Прагу, мы получили распоряжение о том, что придут доджи (американские машины), и мы должны были сесть на машины и немедленно следовать в Пильзнер. Пильзнер  это известный чешский город, в котором находится большой пивзавод. Вот надеялись, что хоть там выпьем пива, в Праге-то не смогли, так как выполняли боевое задание.

На полдороги к этому городу мы встретили чехословаков, которые бастовали против фашистов. Мы всю дорогу перегородили: братались с союзниками. Они нас спросили, куда мы направляемся, мы им ответили, что собираемся в Пильзнер пить пиво. Нам сообщили, что туда еще вчера вечером вошли американцы, и нам пива не досталось.

 Интересная история, и что же было дальше?

 Мы сообщили начальству о том, что Пильзнер занят. Нам разрешили на Влтаве заночевать в дачных домиках, и уже 12 мая мы вернулись к себе в воинскую часть.

 Расскажите, пожалуйста, как отметили День Победы.

 В День Победы состоялся парад нашего соединения, выступал прекрасный ансамбль песни и пляски! Концерт замечательный был! Командир корпуса приехал, поздравлял с окончанием военных действий. Вот так мы, собственно, отметили: так же, как и сегодня отмечают. Столы были накрыты, поздравляли друг друга, радовались. Но, увы, недолго!

Весь Второй Украинский фронт отправили на Дальний Восток в Монголию, в Китай, а нас вместе с ними. Уже там мы получили задание через пустыню Гоби форсировать город Хинганы, а по пути войти еще в два города и обезоружить японскую военную часть. Мы сделали все согласно приказу.

Четыре дня мы передвигались по пустыне на маленьких лошадях. Я всегда, когда рассказываю, то вспоминаю эти стихи: «Буря мглою небо кроет, вихри снежные крутя…»,  в нашем случае это были песчаные бури: «…то заплачет, как дитя». А надо отметить, что к тому времени ни один советский солдат и ни одна воинская часть в пустыне Гоби еще никогда не бывали.

— А какой день, кроме начала войны и ее окончания запомнился Вам больше всего?

 Хороший день или плохой?

 А Вы про оба расскажите!

 А я вам так скажу, когда «Спартак» выигрывает московский «Автомобилист»  это самые лучшие дни для меня.

 У вас очень много разных орденов и наград. Какая из наград самая значимая?

 Ну, вы знаете, у меня шесть почетных знаков. У меня почетный знак от министра обороны, от министра физкультуры России, два от губернатора нашего, и я в прошлом году стал победителем фестиваля «Признание». И это были самые счастливые дни.

 А любимый знак есть?

 Они все любимые и не любить их нельзя, так же, как девочек нельзя не любить.

 Интересное сравнение! А как, кстати, с девушками на войне было?

 Можно только гордиться нашими девочками на войне. Особенно теми, кто санитарками работали. Солдат мог только сказать: «Сестричка, помоги, пожалуйста», и больше он ничего не мог сказать. А бедная милая девочка потихонечку на плащ-палатке его или на себе вытаскивала с поля боя.

 Какая у Вас любимая песня военная?

 Самая любимая  песня «Весна сорок пятого» в исполнении нашего ансамбля Ветеранского спортивного братства, председателем которого я являюсь. Это известная песня про Дунай, про Карпаты, про Чехословакию, про Вену, как раз про те места, где мы воевали.

 А Ваш любимый фильм?

 «Семнадцать мгновений весны», где Тихонов играет.

 Спасибо Вам большое за интервью, Владимир Данилович! От всей души желаем Вам не терять никогда спортивного духа!

 А я его и не терял никогда. Всегда оставался и остаюсь спортсменом.

поделились
в соцсетях


Комментарии пользователей сайта

Комментариев пока нет, оставьте первый комментарий.

Оставьте комментарий

Добавить комментарий

Официальный сайт Управления культуры
Администрации Екатеринбурга

Новости
Диалог
Арт-терапия
Афиша
Места
Прямая линия
Управление культуры
База тегов