Поиск по сайту

02 Сентября 2020

Культурная эвакуация: Оружейная палата

Проект, посвященный Году памяти и славы


Текст: Екатерина Юркова Текст: Екатерина Юркова
Фото: Максим Субботин Фото: Максим Субботин
Мне нравится!

В Год памяти и славы мы начали большой проект, посвященный эвакуации в Свердловск в годы Великой Отечественной войны культурных сокровищ нашей страны. В фокусе нашего внимания оказываются не только спасенные предметы, но и люди, их сопровождавшие. В новом материале рассказываем о сокровищнице Кремля, ее хранителях и двух эвакуациях. Захватывающую историю нам рассказали сотрудники Музея истории камнерезного и ювелирного искусства.

ПЕРВАЯ ЭВАКУАЦИЯ

Оружейная палата Московского Кремля существует с XVI века. Тогда в ней производили оружие и предметы роскоши, а также хранили сокровища русских князей. Чуть позже, при Петре I, в помещениях изготавливали предметы царского обихода, а в январе 1727 года Екатерина I, объединив оружейную, мастерскую и царское хранилище, положила начало первому русскому музею отечественных ценностей.

К 1806 году специально для коллекции из 10 тысяч предметов выстроили здание. Шесть лет драгоценности, реликвии и рукописные книги сортировали, классифицировали и описывали. А в 1812 году, точно в день, когда закончилась архивная работа, войска Наполеона перешли границу России.

Среди москвичей не хотели сеять панику, до последнего скрывая информацию о том, что французы подходят все ближе к столице. Поэтому сборы сокровищницы проходили в строжайшей секретности. Государству в то время было вовсе не до сохранности музейных ценностей и эвакуацию самостоятельно возглавил главноначальствующий экспедицией Кремлевского строения, Мастерской и Оружейной палат Петр Валуев. Он за личные 500 рублей нанял людей, закупил упаковочные материалы и 150 телег. Массивные экспонаты вместе с гобеленами, рыцарскими доспехами и платьями поместили в многочисленные тайники на территории Кремля. Остальные ценности обозом отправили в Нижний Новгород, до которого те добирались три недели.

Тем временем Наполеон в Москве создал специальную комиссию для поиска драгоценностей во всех кремлевских церквях. В Кремле тогда оставили несколько человек, которые по поручению командования должны были следить за сохранностью помещений. Сбежать от французов они не могли, и те подвергли их побоям и пыткам. Но хранители не выдали тайников. На протяжении 39 дней французские солдаты вскрывали захоронения святых и царей, снимали золото и серебро с икон, исследовали каждый угол и сумели найти все спрятанные ценности.

Эвакуированные сокровища вернулись в Оружейную палату летом 1813 года. Ее пополняли все последующие правители России, но наибольший вклад внес Николай I, который не только обеспечил приток новых экспонатов, но и выстроил здание, в котором музей располагается сейчас.

ЭКСКУРСИЯ НЕ СОСТОИТСЯ!

В советское время сотрудникам Музеев Московского Кремля пришлось нелегко. Новая власть с презрением относилась к царским сокровищам, видела в них в меньшей степени ценность культурологическую и в большей – материальную. Тогда хранителям удалось отстоять многие экспонаты, но концепцию музея все равно пересмотрели. Теперь главной в экспозиции была не история, а мастерство исполнения.

В 1930-е свободный вход в Кремль и вовсе отменили, но организованные группы по заявкам от учреждений пускали. Так 22 июня 1941 года в 10 часов утра возле Боровицких ворот Московского Кремля собралась очередная группа экскурсантов, желающих увидеть сокровища Оружейной палаты. Указанием сверху экскурсию отменили, что было неожиданностью и для самих работников музея.

Только в 12 часов из выступления Вячеслава Молотова они узнали о начале войны. Как и перед эвакуацией 1812 года местное руководство во главе с комендантом Московского Кремля Николаем Спиридоновым без приказа высших чинов приказало начать сборы. Ситуация усложнялась отсутствием готового плана эвакуации, который в Оружейной палате только-только начали разрабатывать. В то же время в Эрмитаже, например, он уже существовал.

«Николай Спиридонов был еще и начальником 3-го специального отделения НКВД СССР. Он сразу понял, что война будет тяжелой и не ошибся, — рассказал нам специалист по развитию екатеринбургского Музея истории камнерезного и ювелирного искусства Артём Морковников. — Учитывая темпы наступления и то, как быстро совершали блицкриг, ему стало ясно, что времени на раздумья нет».

23 июня начали демонтаж экспозиции под руководством директора Оружейной палаты Николая Захарова. Ящиков и упаковочного материала катастрофически не хватало. В настороженной Москве Николай Кириллович Спиридонов сумел найти необходимые материалы для того, чтобы работа не прерывалась ни на минуту. Не хватало и сотрудников. Московский Кремль — огромный музей, но к 1941 году в нем работало всего 19 сотрудников, исключая технический персонал. Спешка вынудила подключить к сборам солдат и курсантов Кремля.

«Началась напряженная работа, которая не прекращалась ни днем, ни ночью. Все витрины были открыты, огромные ящики расставляли по залам. Нам постоянно помогала рота солдат кремлевского гарнизона: солдаты менялись, а мы оставались на своих местах, ночью по очереди спали, сидя в креслах».

Старший научный сотрудник Николай Гордеев


 

Сначала сокровища планировали укрыть на территории Кремля, но обстановка на фронте быстро ухудшалась. И 30 июня на Урал отправился первый поезд из трех, увезших из Оружейной палаты 277 ящиков, включивших 75 % всех коллекций, в том числе и знаменитую «Шапку Мономаха». Экспонаты загружали в три больших пульмановских вагона, в то время как сами сопровождающие сотрудники размещались в соседней теплушке.

Эвакуация шла скрытно, конечный пункт направления не указали даже в путевом листе. Да и ящики с несметными сокровищами подписывать никто не стал — отличить их можно было лишь по форме и порядковому номеру, который постороннему лицу не даст никакой информации. Чтобы не привлекать лишнего внимания, к составу приставили лишь несколько человек охраны. Для официальных лиц у директора музея был с собой документ с предписанием: «Просьба ко всем органам НКГБ и НКВД в пути следования оказывать тов. Захарову Н.Н. всемерное содействие».

В 10:00 вечера поезд покинул Москву, а ночью 5 июля прибыл в Свердловск. Ящики приехали невредимыми, все пломбы остались на местах. Встретили груз курсанты Свердловской школы управления Народного комиссариата государственной безопасности.

СЛОНОВАЯ КОСТЬ И «ЦАРСКИЕ ЦАЦКИ»

Свердловчане и не подозревали о том, сколько золота и драгоценностей привезли на Урал. Коллекцию разместили в подвале здания Управления НКВД Свердловской области (сейчас здание Федеральной службы безопасности) на перекрестке улиц Ленина – Вайнера. Площадь помещения в 154 квадратных метра и спешка, с которой шла разгрузка, не позволили разместить коллекцию по всем необходимым правилам: ящики ставили друг на друга. Кроме того, не все сотрудники наркомата понимали ценность доставленных предметов, видя в них только символы ненавистной царской власти.

7 июля сотрудники Оружейной палаты начали осмотр коллекции на наличие повреждений. Несмотря на дорожные перипетии и неблагожелательность отпетых революционеров абсолютное большинство экспонатов привезли на Урал в целости. Пострадал лишь сидящий на пне орел из слоновой кости — коронационный дар японского императора российскому – Николаю II — и хрустальные приборы, не имевшие высокой ценности.

Несмотря на то, что к концу 1941 года условия хранения экспонатов постарались улучшить, проблемы хранителей коллекции не заканчивались. Так местное руководство НКВД отказывалось понимать историческое значение привезенных предметов. Служителям Оружейной палаты, которые опасались за драгоценные экспонаты, приходилось самостоятельно выезжать за город, чтобы подыскать место для экстренного вывоза и захоронения экспонатов на случай усложнения ситуации.

ЭВАКУАЦИОННЫЙ БЫТ

Вместе с коллекцией Оружейной палаты на Урал с семьями приехали и 11 ее работников. В годы войны население города ощутимо увеличилось. В 1941 году в Свердловске жило 423 тысячи человек, а к концу 1942 года — уже 620 тысяч. Сотрудников Оружейной палаты подселили по уплотнению в старые бараки, которые до начала ВОВ и вовсе планировали снести. Быт их, как и у остальных свердловчан, не был простым. Деревянные постройки зимой промерзали насквозь, а в более теплое время года сырели от дождей.

К 1942 году рабочим и служащим Урала, в том числе и эвакуированным, выделили земли для подсобных хозяйств и огородов. Сотрудница Оружейной палаты Е.З. Гомельская вспоминала: «У нас было два небольших участка: один на Верх-Исетском районе, второй — в Октябрьском, за Парком культуры. Садили мы все в основном картофель». К середине 1943 года наших героев разместили в Городке чекистов.

Рабочий день начинали с чтения свежих газет и обсуждения вестей с фронта, по заветам Политотдела Кремля изучали «Краткий курс истории ВКП(б)» и труды Ленина, создавали стенные газеты, посещали лекции по истории народов СССР и марксистско-ленинской философии. В Свердловске сотрудники музея освоили и стрельбу из винтовки, научились собирать и разбирать огнестрельное оружие. Часть зарплат перечисляли в Фонд обороны, собирали деньги для эвакуированных из Нальчика детей, становились донорами, помогали в госпиталях и читали лекции по искусству.

Продолжали работу и с музейной коллекцией. Например, в Свердловске отреставрировали коронационное платье императрицы Елизаветы Петровны, один только шлейф которого состоит из пяти метров ткани, и поврежденного в дороге орла из слоновой кости, у него откололось одно из крыльев.

Заполненная в те годы музейная опись и инвентарные книги остаются актуальными и по сей день, как и научная библиотека, насчитывающая к 1943 году более чем пять тысяч томов. Экспозиционную деятельность не вели, так как предметы хранили в строжайшей секретности. Но, предвкушая мирное время, готовились к воссозданию экспозиции Оружейной палаты и писали проекты экскурсий.

ВОЗРАЩЕНИЕ

Летом 1944 года начали подготовку к возвращению коллекции в столицу. Николай Захаров заранее сделал подробный план реэвакуации и включил в него не только осмотр ящиков и проверку замков, но и приобретение брезентовых рукавиц для переноски, аптечки на случай травм, изготовление макетов экспозиционных залов и создание настила, который не позволил грузу повредить мраморный настил Кремля.

20 февраля 1945 года, спустя три года, семь месяцев и восемь дней эвакуации, сокровищница Оружейной палаты вернулась в столицу. Ящики, доставленные к Кремлю на машинах, внесли в здание и расставили на определенных заранее местах.

С Урала коллекцию вывезли без проблем, но по возвращению сотрудники столкнулись с новыми перипетиями — в Кремле не хватало витрин для тех девяти тысяч предметов, которые должны были принять участие в новой экспозиции. Часть стеллажей повредили бомбардировки, другую демонтировали в процессе эвакуации. Потому первое время для размещения экспонатов использовали те же ящики, в которых они путешествовали на Урал. Сотрудники сколачивали из них стенды, а вместо обивочных тканей использовали шторы из дворцовых апартаментов. Люди работали по десять-двенадцать часов в сутки, и 17 апреля в Оружейную палату вошли первые посетители — солдаты кремлевского полка. Те, кто помогал эвакуировать ценности в 1941 году.

Грубые витрины из фанеры соседствовали в Кремле с уцелевшими довоенными до начала 50-х. Зачастую на них специально акцентировали внимание, понимая, что деревянные ящики, сделанные перед самой эвакуацией из того, что было под рукой, и сами по себе имеют важное значение.

ОРУЖЕЙНАЯ ПАЛАТА — МУЗЕЙ ИСТОРИИ КАМНЕРЕЗНОГО И ЮВЕЛИРНОГО ИСКУССТВА

К 75-летию Победы в столичных музеях об Урале вспоминают особенно часто. Да и екатеринбургские учреждения культуры не прочь рассказать о том, как наш город стал надежным хранилищем для многих ценностей русского народа.

20 августа в Музее истории камнерезного и ювелирного искусства открылась выставка «Направление – Восток. Эвакуация сокровищ Московской Оружейной палаты в Свердловск». Она включила в себя полный рассказ об эвакуации Оружейной палаты на Урал, а также подробности быта тех лет и уникальные экспонаты, предоставленные директором музея Надеждой Пахомовой. В ее семье в годы войны жили эвакуированные сотрудники Эрмитажа.

Центральное место в экспозиции занимает шлем «Шапка Кучумовская», которую специально для выставки привезли из Музеев Московского Кремля. Классический куполообразный шлем относят к ерихонкам, богато украшенным шапкам аристократов. «Шапка Кучумовская» изысканна. Ее покрывает золотистый узор и драгоценные камни, эксперты называют ее одним из редчайших и прекраснейших восточных памятников. В Музее камнерезного и ювелирного искусства нам рассказали, что выполнена она из дамасской стали, скорее всего в Иране, а после ее дополняли несколько мастеров, закрепляя наушники и прочие необходимые для битв детали.

Вместе с другими экспонатами Оружейной палаты шлем был спасен в Свердловске в годы войны. Ценность предмета для Урала заключается не только в его красоте, но и в истории.

«Нам хотелось привезти на Урал памятник, который связан с покорением Сибири, — комментировала генеральный директор Музеев Московского Кремля, заслуженный работник культуры Российской Федерации, кандидат искусствоведения Елена Гагарина. — И этот экспонат сохранился благодаря тому, что Свердловск согласился его принять».

По легенде шлем принадлежал хану, который был потомком Чингисхана и владел Сибирскими землями. В конце XVI века он отказался платить русскому государству ясак, то есть налог. Чтобы решить этот вопрос, вглубь материка был отправлен отряд из пятисот человек во главе с казачьим атаманом Ермаком. В 1582 году его дружина изгнала хана в Ишимские степи. Но тот вернулся и напал на спящий отряд атамана. По легенде тогда и погиб Ермак, утонув во время попытки спастись от налетчиков. Однако освоение Сибири продолжилось.

Как шлем оказался среди русских трофеев, доподлинно неизвестно, но в XVII веке боярин Борис Шереметьев подарил его царю Алексею Михайловичу, и «Шапка Кучумовская» заняла свое место в царских сокровищницах.

Редакция портала «Культура Екатеринбурга» благодарит Музей истории камнерезного и ювелирного искусства за подробный рассказ об эвакуации Оружейной палаты в Свердловск.

Выставка «Направление – Восток. Эвакуация сокровищ Московской Оружейной палаты в Свердловск» продлится до 23 ноября.

поделились
в соцсетях


Комментарии пользователей сайта

Комментариев пока нет, оставьте первый комментарий.

Оставьте комментарий

Добавить комментарий

Официальный сайт Управления культуры
Администрации Екатеринбурга

Новости
Диалог
Арт-терапия
Афиша
Места
Прямая линия
Управление культуры